Романтика улиц
Пациенты
Кроме коллег на улице существуют
ее завсегдатаи, по большинству из которых горько
плачет психушка. Эти ходят по улице в поисках,
где провести ближайшие 2-4 часа и вследствие моей
располагающей внешности, часто (или уже по привычке)
выбирают место возле меня.
Вот, например, лохи:
Конечно, каждый из нас в тех
или иных жизненных ситуациях показывает себя как
самый последний лох. Но эти лохи – всем лохам
лохи. Лохи, так сказать, всех времен и народов.
Лохов два. Говорят по-русски. Сначала вместе,
потом по отдельности, лохи заимели обыкновение
посещать меня еще 4 года назад, когда я только
появилась на улице. С тех пор, вследствие халявного
проживания в религиозных ешивах, у лохов заметно
округлились брюшка и рыльца, что не сделало их
внешность удобоваримее и не побудило сменить одежду.
Возраст колеблется где-то от 25-ти до 40-ка. Лохи
ведут себя следующим образом: подходят ко мне,
кивают и выжидающе смотрят. В те времена, когда
я еще произносила в их адрес какое-нибудь слово
(например, «Здравствуй», или «у»), это стояние
и выжидающее смотрение могло продолжаться по несколько
часов подряд, несмотря на полное мое игнорирование.
Теперь, завидев краем глаза нечто мутно-коричневое,
я сразу же поворачиваюсь к этому спиной – такой
простой прием позволил сократить время пребывания
возле меня лохов до 10 минут, но они все равно
тянутся слишком долго. Послать же лохов я не могу,
так как боюсь причинить им травму на всю жизнь
или, еще не хватало, вызвать у них слезки.
Иногда кажется, что улица полна
вампиров. Люди так и ждут, чтобы высосать из меня
последнюю кровушку.
Последний случай был таков:
Подсел ко мне русский дядька,
лет 45-ти. И не спрашивая, согласна ли я на то,
что он собирается сейчас со мной сделать, он приступил
к своему гнусному замыслу. Вы представляете, что
в течение длительного времени откуда-то сзади
до вас доносится бормотание, в котором явственно
прослеживаются жалобы на судьбу, обругивание окружающих
людей, рассказы обо всех проблемах, а особенно
часто проскальзывают такие слова, как «два года
назад попал в аварию»? Через полчаса меня начинает
трясти мелкой дрожью, и я прямо ему заявляю: «Хватит
сосать из меня энергию. Идите на фиг». Такой поворот
дела вызывает у него истерический смех насчет
того, что я верю в сказки про вампиров. А потом,
успокоившись, он начинает продолжать. Только с
четвертой просьбы заткнуться и идти в то самое
место, этот урод покидает теплое местечко, а в
последующие дни садится на другой стороне улицы
и поглядывает.
Естественно, полно пристающих
наглых мужиков, которые, в конце концов, отстают.
Однако был и такой, который наоборот, не захотел
меня трахнуть. Так и сказал: «Пошли ко мне домой,
не бойся, я тебя трахать не буду».
Просыпаюсь утром в 8 от звонка.
Пьяный мужской голос с марокканским акцентом:
– Алло, ты х-художница?
– Да.
– А ты можешь н-нарисовать меня г-голым?
Есть еще такой кадр по кличке
«Пикчер». Этот, когда находился в здравом уме
и твердой памяти, купил себе «Полароид» и, видимо,
немалые деньги зашибал тогда на туристах. Но с
тех пор прогремело много взрывов, туристы перестали
заглядывать на Святую Землю, а у старика совсем
снесло крышу. Я уже не говорю, что у всех появились
дигиталки, и Полароид стал на фиг никому не нужен.
Но старик упрямо ходит по улице и по привычке
на английский манер выкрикивает «Пикчер». Уже
смешно. А в нас, художниках, Пикчер увидел главных
виновников своего провала на деловом поприще и,
с целью доказать явное преимущество реальных фотографий
над сомнительными портретами, он придумал хитрый
план: раздвинув людей, толпящихся возле художника,
наш герой, как бы наивно, спрашивает: «Извините,
сколько это стоит?» «50 шекелей», – отвечают ему.
И тут он выдает свою коронную фразу, которая по
замыслу должна надолго отбить у художника всех
до последнего клиентов: «Такая обычная бумага,
мусор, 50 шекелей, мусор, мусор, а у меня фото-полароид!!!»
Я своим видом ничего не показываю,
но в душе ликую, мне так нравится всегда это слышать!
Вместо злоключения.
Любая «зеленая волна», к сожалению,
заканчивается. Вот и у меня наступило первое сентября,
а значит дети пошли в школу, а их родители – на
работу. Остались студенты и бездельники, на которых
много не заработаешь. Теперь улица совсем пустая,
и только одинокая фигуры Юры выделяется в этом
печальном пейзаже. Так что про улицу – это пока
все. До свидания.
И еще хотела бы сказать спасибо
за моральную поддержку – родителям, друзьям, приятным
молодым мужчинам, фотографу Саше, Йоси, Шимону,
владельцам фалафельной, продавцу цветов и всем,
кто сказал мне доброе слово. А так же спасибо
тем, кто это прочитал, и, конечно, Саше Чернякову
за помощь в раскрутке моего сайта, покупке и сборке
компа и многих других вопросах.
|
